вівторок, 10 серпня 2010 р.

Наследники Лема

Чарльз Офриа и его коллеги из Мичиганского университета создали компьютерный мир и населили его своеобразными «обитателями». Они представляют собой программы, которые могут воспроизводить себя, используя строки кодированных компьютерных сообщений вместо ДНК. Но во многих смыслах они напоминают настоящих живых существ: конкурируют друг с другом за ресурсы, размножаются, мутируют и эволюционируют. Возможно, в будущем они смогут стать искусственно выведенной формой разума. Об этом пишет в свежем выпуске журнал New Scientist
То, что создают учёные из Мичиганского университета, сильно напоминает предсказания польского фантаста Станислава Лема, сделанные им в сборнике «Абсолютная пустота» (рассказ «Не буду прислуживать») – хотя Авидианам, конечно, далеко до того уровня развития, как у персонажей лемовского рассказа о персонетике – разведении разумных компьютерных программ. Всех, кто интересуется моральными аспектами проблемы, адресую к польскому классику. А на STRF.ru – пока только техника эксперимента.
Как и микроорганизмы, Авидиане (компьютерный мир называется «Авида») занимают очень мало места, быстро размножаются и могут приобретать новые признаки, чтобы обойти конкурентов. Однако в отличие от микробов их эволюцию можно в любой момент остановить, обратить, повторить, а вновь приобретённый набор мутаций может быть удалён искусственно. Кроме того, исследователи пытаются наделить их зачатками разума.
«Самый большой вопрос – как это сделать. Наш разум не возник сразу и сам по себе, – передаёт New Scientist слова идейного вдохновителя этого проекта Роберта Пеннока. – Необходимы некоторые ингредиенты. Например, память».
Эксперименты в «Авиде» почти всегда начинаются с простейших организмов, тех, которые могут себя клонировать. Чтобы они были в состоянии эволюционировать, экспериментаторы помещают их в конкурентную среду, где призом является «еда» – машинное время, которое позволяет им создавать всё больше клонов.
В ранних экспериментах пища помещалась в сетку из клеток с градиентов – на старте её было мало, к концу сетки её количество возрастало. Первое поколение Авидиан помещали на старт – впереди лежали просторы, где пищи было больше.
Авидиане реплицировались примерно в течение 100 поколений, живя и умирая в клетке. И потом один из них вдруг сгенерировал цифровую инструкцию двинуться вдоль по сетке. Попав в более плодородную клетку, он начал размножаться быстрее. Через тысячи поколений его потомков можно было обнаружить у конца сетки, где концентрации пищи самые высокие. Но и даже тогда Авидиане не останавливались на достигнутом. Они пытались выбраться из наиболее богатых пищей клеток, путешествовали зигзагами и в итоге возвращались обратно. Фактически они пришли к способности сравнить своё нынешнее и прошлое положения по «полезности» в качестве источников пищи. «Это требует наличия зачатков интеллекта, – считает Пеннок. – Необходимо оценить свою ситуацию, понять, что движение происходит в неверном направлении, переориентироваться и снова провести оценку».
Следующий этап – направить Авидиан, пока ещё неэволюционировавших, на «охоту за сокровищами». В этот раз в ячейках находился численный код, из которого можно понять, куда стоит двигаться, чтобы найти больше пищи. В некоторых ячейках инструкция требовала выполнения предыдущего шага. Авидиане смогли выработать формы, которые «вспомнили» прошлое – похоже, они овладели зачатками памяти. «Среда оказывает такое давление на организмы, что они вынуждены выработать нечто вроде памяти – собственно то, что они в итоге и сделали», – говорит Линда Грабовски, одна из разработчиков (в настоящее время она представляет Университет Техас-Пан Американ).
Разработчики полагают, что их подход перспективен для развития искусственных форм разума. «Предыдущий подход – взять высокоразвитый разум и попытаться воспроизвести его в компьютере. У нас по-другому: мы показываем, как такие сложные вещи, как память, могут быть построены снизу – из того, что на самом деле очень просто», – считает Грабовски.

Немає коментарів:

Дописати коментар